В середине апреля президент Украины Владимир Зеленский в эфире телемарафона призвал Европу создать объединенную систему противоракетной обороны. Украинская ПРО испытывают серьезную нагрузку, а интенсивность российских ударов сохраняется, поэтому Киев активно ищет пути решения этой проблемы. Вашингтон показал себя как ненадежный союзник: администрация Трампа не заинтересована в поддержке Украины, а новые американские военные кампании привели к ускоренному расходу боеприпасов, которые могли быть переданы Киеву. Производство ракет-перехватчиков в Европе недостаточно развито для отражения российских угроз. Действующие европейские программы закупок средств ПВО не включают Украину. Однако инициативы, способствующие развитию как украинской, так и общеевропейской обороны, уже появились, и Киев принимает в них активное участие. Европа может предложить технику, а Украина — боевой опыт и ее оперативные испытания, считает исследователь американского Центра исследований нераспространения оружия имени Джеймса Мартина Сэм Лэйр.
В апреле президент Украины Владимир Зеленский заявил в эфире телемарафона, что Евросоюзу необходимо создать собственную объединенную систему противоракетной обороны и Киев уже ведет переговоры об этом с несколькими странами блока. На пятый год войны легко понять, почему Зеленский заинтересован в создании такой системы. Украинская ПРО испытывает серьезную нагрузку, и Киев активно ищет пути решения этой проблемы.
Россия продолжает наносить мощные ракетные удары по украинской территории вопреки прогнозам в начале войны. Тогда предполагалось, что санкции и экспортные ограничения в сочетании с зависимостью российской оборонной промышленности от иностранных компонентов — в частности, от полупроводников — быстро подорвут ракетное производство в стране, а вместе с ним и ее ударные возможности. В октябре 2022 года Госдеп США даже заявлял, что выпуск гиперзвуковых баллистических ракет в России «почти остановился» из-за дефицита необходимых комплектующих. В 2023-м интенсивность российских ударов всех типов действительно снизилась — вероятно, из-за истощения запасов и производственных проблем.
В начале войны предполагалось, что санкции подорвут способность России наносить ракетные удары по Украине, но эти прогнозы не оправдались
Однако это снижение продлилось недолго, поскольку Россия нашла способы обойти внешние ограничения. Осенью 2023 года она начала импортировать из Северной Кореи ракеты Hwasong-11, которые американское разведсообщество обозначает как KN-23 и KN-24. КНДР даже расширила производство этой серии — вероятно, не только для собственных нужд, но и с учетом российского спроса. Кроме того, Москве удалось выстроить схемы обхода экспортных ограничений. Она все еще получает американские комплектующие — по всей видимости, через третьи страны, не находящиеся под санкциями, включая Турцию и Китай. Последний, похоже, не только выступил в качестве транзитного канала для несанкционированного импорта в Россию, но и позволил ей сохранить доступ к электронике и другим товарам двойного назначения. Наконец, Москве удалось расширить производство твердого топлива и таких баллистических ракет, как «Искандер». Все это помогло нарастить интенсивность ударов после спада 2023 года.
В апреле 2026-го Россия запустила по украинской территории рекордное за все время войны количество беспилотников и ракет. За несколько дней до заявления Зеленского о необходимости создания европейской ПРО российские войска провели одну из самых масштабных комбинированных атак, выпустив как минимум 19 баллистических ракет. Таким образом, потребность Украины в средствах ПРО не только сохраняется, но и растет.
Ненадежные союзники и дефицит ракет
Главную проблему для Киева, вероятно, составляют именно поставки систем ПРО и ракет-перехватчиков. Сейчас Украина в основном использует американские комплексы Patriot Advanced Capability (PAC-2 и PAC-3). Она получила их от нескольких стран, включая США и Германию: часть была передана безвозмездно, часть продана. Patriot дополняют две батареи SAMP/T производства консорциума Eurosam, переданные Италией и Францией.
Соединенные Штаты оказались для Украины ненадежным союзником, особенно в плане поставок ракет-перехватчиков. Этому есть две причины. Первая — внутренняя политика: значительная часть Республиканской партии продемонстрировала отсутствие интереса к поддержке Киева в борьбе против российского вторжения. Приход к власти администрации Дональда Трампа и последующая заморозка Пентагоном военной помощи Украине показали, что у последней нет устойчивой базы поддержки партии власти США и она остается зависимой от колебаний политической ситуации за океаном.
Соединенные Штаты оказались для Украины ненадежным союзником, особенно в плане поставок средств ПРО
Вторая проблема связана со склонностью администрации Трампа к военным авантюрам. Кампании США на Ближнем Востоке заметно истощили боеприпасы для систем Patriot, доступные для отправки в Украину. Особенно остро этот вопрос встал после операции «Полуночный молот» — ударов по ядерным объектам Ирана, которые последовали за начатой Израилем Двенадцатидневной войной летом 2025 года. Отражение ответных иранских атак на Катар стало крупнейшей операцией с использованием систем Patriot в истории. Глава Объединенного комитета начальников штабов генерал Дэн Кейн не назвал точный расход перехватчиков, сказав только, что их было много. Однако этого хватило, чтобы в Пентагоне возникли сомнения, достаточно ли у США запасов ракет для продолжения поставок Украине.
Новая кампания США в Иране только усугубила проблему. Двенадцатидневная война в основном представляла собой обмен ударами средней дальности: иранские ракеты, запущенные по Израилю, перехватывались американскими системами ПРО регионального радиуса действия — например, SM-3 и THAAD. Нынешний конфликт происходит на значительно более коротких дистанциях. Иран активно применял в регионе баллистические ракеты малой дальности, и это потребовало огромного количества перехватчиков Patriot. По оценке Центра стратегических и международных исследований (CSIS), США могли израсходовать от 1060 до 1430 ракет. Дополнительную проблему создало использование Patriot против иранских дронов Shahed-136, запускавшихся в очень больших количествах. Из-за огромной разницы в стоимости конгрессмен Тед Лью сравнил такие перехваты с «бросанием Ferrari во фрисби». В этих условиях Украине рискованно полагаться на поставки от союзника, который сам все чаще втягивается в дорогостоящие военные кампании и расходует собственные запасы.
В ходе кампании в Иране США могли израсходовать от 1060 до 1430 ракет-перехватчиков Patriot
Расход ракет Patriot в ходе войны в Иране также показал, насколько ограничено их производство. Сейчас компания Lockheed Martin выпускает около 600 перехватчиков PAC-3 в год, хотя и рассчитывает к 2030 году увеличить их производство примерно до 2000 единиц. Поскольку эти системы используют еще 18 стран, Украине приходится конкурировать за сравнительно небольшой объем выпуска с множеством других покупателей.
Аналогичные проблемы касаются и другой системы, используемой Украиной, — европейской SAMP/T. Даже после значительного расширения производственной базы выпуск ракет Aster 30, способных перехватывать баллистические цели, по-видимому, составляет лишь 190–270 единиц в год. Однако, поскольку на эту систему полагается меньше стран, конкуренция за поставки ниже и Украина может получить значительную часть объемов. Кроме того, Киев будет участвовать в испытаниях новой версии комплекса — SAMP/T NG.
Что уже сделано для развития общеевропейской ПРО
С учетом перечисленных вызовов неудивительно, что Владимир Зеленский заговорил о создании европейской системы обороны. Прототип такого проекта уже существует, хотя Украина в нем не участвует. В 2022 году канцлер Германии Олаф Шольц предложил программу «Европейский небесный щит» (European Sky Shield Initiative, ESSI) для координации закупок систем ПВО и ПРО на континенте. Идея оказалась спорной, особенно резко ее критиковал президент Франции Эммануэль Макрон. Его не устраивало, что Германия делает ставку на американские Patriot и израильские Arrow вместо европейских систем вроде SAMP/T. По мнению Макрона, закупая оружие у США, немцы «готовят проблемы завтрашнего дня». Недовольство французского президента отражает давние опасения по поводу зависимости Европы от Соединенных Штатов в сфере обороны — еще со времен рейгановской Стратегической оборонной инициативы и ранее. Впрочем, несмотря на критику со стороны Франции, к ESSI присоединились уже 24 страны, включая Австрию и Швейцарию, которые не входят в НАТО.
Расширение ESSI показывает, что многие государства Европы понимают опасность, исходящую от России. Вторжение в Украину — то, что Шольц назвал Zeitenwende, «историческим переломом», — выявило уязвимость европейской обороны перед современной ракетной угрозой. Единая система ПВО НАТО (Integrated Air Defense System, IADS), и особенно объекты Aegis Ashore в Польше и Румынии создают важную основу, но их недостаточно. Ситуация осложнилась после того, как Германия и другие страны начали активно передавать Украине комплексы ПВО и перехватчики, расходуя собственные запасы. Это не означает, что они не должны были помогать Киеву, — скорее наоборот. Однако теперь возникла потребность в таких программах, как ESSI, чтобы системно восстановить оборонные возможности Европы, устранив разрыв между сокращением запасов ее перехватчиков и наращиванием ракетного производства в России.
Многие государства Европы понимают опасность, исходящую от России
Главная экономическая проблема ПРО состоит в том, что производить ракеты наступательного типа почти всегда дешевле, чем перехватчики. Одной только обороны недостаточно, необходимо дополнять ее эффективными средствами нападения. Как показали Двенадцатидневная война и нынешняя кампания в Иране, лучшая защита от ракет — это возможность уничтожать наступательные системы противника. Тем не менее ESSI — хороший первый шаг к достижению этого баланса между наступательными и оборонными средствами.
Поводы для оптимизма
«Европейский небесный щит» не предусматривает расширения производства перехватчиков, хотя и может косвенно ему способствовать через налаживание совместных закупок. Сообщений о скором присоединении Украины к программе также не поступало. Таким образом, она не решает проблемы российской ракетной угрозы, с которой сталкиваются украинцы. Отсюда и призыв Зеленского к созданию единой европейской системы ПРО.
Чтобы обсуждать инициативу президента Украины, пока недостает деталей — трудно даже сказать, повлечет ли она какие-либо реальные действия. Неясно, о чем именно просит Зеленский. Идет ли речь о создании интегрированной общеевропейской архитектуры ПРО? Или о массовом производстве систем наподобие Patriot? Степень проработанности любого предложения, которое появится по итогам этой дискуссии, покажет, получит ли идея Зеленого политическое воплощение. Если появится четкий план или дорожная карта с конкретными мерами, это станет позитивным сигналом.
Хорошая новость в том, что инвестиции в европейскую ПРО уже начались и Украина участвует в этом процессе. Консорциум Eurosam расширяет производственные линии SAMP/T, чтобы увеличить объем выпуска, а Киев сможет испытать модернизированные системы против российских ударов. Это сотрудничество диктуется не только альтруизмом Европы — она получит возможность усовершенствовать следующее поколение средств ПРО, которые могут стать основой общеевропейской оборонной архитектуры. Страны Европы могут предложить технику, а Украина — боевой опыт, оперативные испытания и данные о реальной эффективности систем для совершенствования будущих поколений. Хочется надеяться, что это станет началом устойчивой работы по решению проблем с поставками, с которыми сталкиваются Украина и Европа в целом, защищаясь от российских баллистических ракет в мире, где США становятся все менее надежным союзником.
